Биография Михаила Ходорковского

Детство Еврейство, комсомол и первый серьезный бизнес-проект МЕНАТЕП ЮКОС Конфликт с Владимиром Путиным и первое дело ЮКОСа Первые годы в тюрьме Второе дело ЮКОСа Освобождение Первый год на свободе

ЮКОС

Фото © Татьяна Макеева / khodorkovsky.ru
Фото © Татьяна Макеева / khodorkovsky.ru
В 1994 году Ходорковский начал работать с вице-премьером Олегом Сосковцом — в качестве заместителя по промышленной политике и приватизации, а также в ряде комиссий, которые тот возглавлял. Именно к Сосковцу Ходорковский впервые обратился с предложением отдать в государственную собственность 10 процентов акций банка МЕНАТЕП в обмен на 45 процентов акций государственной нефтедобывающей компании ЮКОС, находившейся на тот момент в глубоком кризисе. Предложение было отклонено, однако правительство приняло решение продать компанию на залоговом аукционе за реальные деньги. В 1995 и 1996 годах ЮКОС был приватизирован в несколько этапов и более 90 процентов акций нефтяной компании перешли под контроль МЕНАТЕПа.
«Мы должны откровенно говорить, что приватизация была проведена не лучшим образом. На тот момент это был необходимый шаг, но он был сделан не лучшим способом. Я долго не мог понять сам, что мне лично не нравится в этом, от чего у меня дискомфорт. Не от того, что не допустили иностранцев. И даже не из-за цены. В чем, собственно говоря, был сговор? Был огромный список приватизируемых предприятий, порядка 800, и каждый говорил, с чем он из этого списка может справиться. Проблема в тот момент была не в деньгах, которые нужно заплатить государству, а в наличии кадрового ресурса. Я бы мог взять намного больше — ограничений не было, пожалуйста. Так вот, я прекрасно понимал — уже к тому времени успел кое-чем поруководить, — что ресурсов у моей команды хватит от силы на одно предприятие. Там и не было никакой конкуренции в этом смысле».
Государство, передавая ЮКОС в частные руки пусть и по заниженной стоимости, решало для себя важную политическую проблему — на предприятии существовала огромная задолженность по зарплатам, что порождало социальную нестабильность. Фактически, невыплаты зарплат были рычагом в руках так называемых «красных директоров» (противников курса Ельцина) для создания протестных настроений среди рабочих. После перехода ЮКОСа под контроль Ходорковского и его партнеров ситуация в нефтедобывающей компании кардинально изменилась. Были привлечены средства для ликвидации долгов и модернизации оборудования, сотрудники ЮКОСа получили новую мотивацию, и компания начала выходить из кризиса.
«Когда я пришел в компанию, зарплату платили частично, накапливая долг, фактически люди получали в среднем $100 в месяц. Зарплаты в компании начали стабильно расти после кризиса. В среднем доход людей увеличивался на 20–25 % в год, и к 2003 году заработок по компании составлял порядка 30 000 рублей в месяц, что было в три раза выше среднемосковского. В 1996 году компания была в глубоком убытке, в 1997 году мы стабилизировались, а в 1998 году опять провалились, так как цена на нефть упала до $8–10 за баррель. И я пошел на жесткие меры, к которым был не готов раньше. С августа 1998 года по май-июнь 1999 года я сделал все то, что нужно было сделать раньше: вывел из компании и отправил в конкурентное плавание строителей, ремонтников, все прочие сервисные подразделения. Выкинул все излишнее оборудование, кардинально изменил схему добычи, осуществил массовую ротацию персонала и создал постоянно действующую систему, обеспечивающую его дальнейшее обучение и ротацию. Жестко? Да! Но "на улице" оказались немногие. В основном пенсионеры и те, кто попался на пьянке».

Нефтеюганск, октябрь 2004 года. Фото © Татьяна Макеева / khodorkovsky.ru
Фото из архива khodorkovsky.ru
Нефтеюганск, октябрь 2004 года. Фото © Татьяна Макеева / khodorkovsky.ru

Одновременно Ходорковскому пришлось подключиться к решению более глобальной политической проблемы — на выборах в 1996 году Борис Ельцин имел реальный шанс проиграть коммунистам, чего представители крупного бизнеса не хотели. Для поддержки президента был создан неформальный союз крупнейших предпринимателей, в котором помимо Ходорковского участвовали Борис Березовский, Владимир Гусинский, Владимир Потанин, Петр Авен и другие. Эту влиятельную группу журналисты впоследствии окрестили «семибанкирщиной», ее поддержка позволила Ельцину сохранить власть по результатам демократических выборов, хотя, как вспоминал Ходорковский, силовиками тогда предлагались и более радикальные варианты.
«Борис Ельцин не собирался отдавать власть, и альтернативой грязной избирательной кампании был силовой запрет КПРФ, который предлагал Коржаков. Думаю, последствия стали бы самыми печальными и уж точно не "демократическими". В общем, мы решили и "обрубили концы". С марта 1996 года для нас победа коммунистов уже означала практически смерть. Решение было однозначным: Ельцин должен победить, но и отмену выборов допускать нельзя. Вот мы и вмешались. Деньги, кадры, личные связи — все пошло в ход. Важны были даже не голоса, важнее была уверенность общества, что действительно выиграет Ельцин. На эту уверенность мы и работали. Восстановить авторитарную модель большинство из нас было не готово. Мы все-таки ментально уже были "европейцами". Может, это и немного наивно звучит... "Стратегии" же на случай победы Зюганова у нас не было по очевидной причине: "рвать" начали бы сразу и многие, а ведь, отдав все и даже больше на ЮКОС, мы были в долгах как в шелках. Пришлось бы пытаться уехать и начинать жизнь с нуля. Вероятно, смогли бы, если бы успели».

После победы Ельцина Михаил Ходорковский получил предложение войти в состав нового кабинета министров, но не принял его. С 1997 года бизнесмен сосредоточился на работе в компании ЮКОС, где стал председателем совета директоров. Он успел лично проконтролировать работу всех предприятий, принадлежащих ЮКОСу, а также ознакомился со всеми циклами нефтедобычи (бурение, добыча, ремонт, первичная обработка, производство товарной нефти). В 1998 году Ходорковский пытался создать совместный с Романом Абрамовичем холдинг ЮКСИ, однако процесс объединения ЮКОСа и «Сибнефти» тогда был заморожен по инициативе Абрамовича. С 2000 года Ходорковский стал президентом НК ЮКОС. В течение последующего года капитализация компании выросла с 350 миллионов долларов до 10,3 миллиарда долларов. Журнал Forbes в феврале 2002 года назвал Ходорковского самым богатым россиянином, оценив его состояние в 3,7 миллиарда долларов.

В июне 2002 года компания ЮКОС раскрыла состав акционеров. Владельцем 61% акций ЮКОСа оказалась гибралтарская Group Menatep Limited, крупнейшим акционером — Михаил Ходорковский, который владел лично 9,5% акций, а также был единственным бенефициаром трастового фонда, владевшего 50% акций группы. У Невзлина было 8% акций, у Лебедева, Дубова, Брудно и Шахновского — по 7%, у Голубовича (чье имя не было названо в списке бенефициаров по его просьбе) — 4,5%. Исходя из этих данных и того, что капитализация ЮКОСа оценивалась в $21 млрд состояние Михаила Ходорковского с учетом траста составляло уже около $7,63 млрд.
Предыдущая глава Следующая глава