МБХ Daily

28 июля 2017
17:12


С некоторым недоумением прочитал разговор на Эхо Москвы Андрея Васильева (которого в незапамятные времена привела в ЮКОС Ксения Пономарева — светлая ей память). Вопрос ведущего: почему у Ходорковского не получилось в общественно-политической сфере после выхода из тюрьмы? Ответ — он за 10 лет тюрьмы стал «не такой», вот я бы гнал его людей — Куцылло и ее команду…
Я когда-то много раз слышал похожее про самого Андрея, но по-прежнему считаю его очень талантливым человеком. Просто он в свое время попал в сферу притяжения Бориса Березовского. А эта сфера про деньги и про собственное величие.
Я совсем не против амбициозных людей и людей, искренне любящих деньги. Это нормально.
Но есть моменты в жизни и сферы деятельности, где на первое место выходят другие качества: смелость, упорство, готовность отодвинуть себя на второй план и дать место молодым.
У Вероника Куцылло эти качества есть, поэтому я с ней и работаю.
Да, мы, те, кому сейчас 40 и старше, проиграли. Мы могли 17 лет назад отстоять демократию, но предпочли сначала согласиться с выбором Ельцина, а потом не уперлись, когда началась реакция. Когда нам сказали, что «первый этап внедрения ФСБ в правительство прошел успешно», когда назвали «подставными проститутками» жен погибших на «Курске», когда гробили НТВ, когда Норд-Ост и Беслан. Так дошли до тысяч погибших на Донбассе.
У меня есть слабенькое, но оправдание — я уперся. И пошел в тюрьму. А те, кто остались, что вы сделали за эти 10 лет?
Я вышел и не уселся на диване, хотя и диван есть, и семья не в восторге. Но я ощущаю свою ответственность. А вы?
Что касается результатов, то и задачи у людей бывают разные. Есть «Коммерсант», где сколько-то миллионов человек читает про бизнес и про Путина, а есть сайт Открытая Россия, где один миллион неравнодушных каждый месяц узнает про защиту прав человека, про то, что российское гражданское общество живо. Причем не только «вообще», а и про то, что мы конкретно делаем.
Когда с человеком, который выражал свое мнение, выходил на улицу, протестовал, происходит беда, то он знает, к кому обращаться, у кого просить помощи и кому звонить, а мы постараемся помочь, насколько это возможно — силами таких, как Ника, Мария Баронова, Полина Немировская и еще тысяч тех, кто присылает свои небесконечные рубли, чтобы они превратились в усилия адвокатов и поддержку семей заключенных.
Пусть это пока не много, но важно стремление помочь самим, а не снобски комментировать и ждать, пока какой-нибудь ходорковский «сделает красиво» и принесёт демократию на блюдечке!
Так не бывает. Демократию делают своими руками, своими рублями, своими жизнями или — опять получают нового вождя.
Кто-то ведет молодежь, как Алексей Навальный. Кто-то работает с «городским классом», как Дмитрий Гудков, кто-то занимается гражданским образованием и пытается отстоять права людей, как я, Ника и другие, а кто-то «живет на пенсии» или зарабатывает деньги и рефлексирует.
Имеет право! Но вот когда мы победим, то и Нике, и Дмитрию, и Алексею и даже мне — будет чем гордиться, а будет ли чем гордиться вам?
26 июля 2017
23:10


Целый генерал-майор милиции и уполномоченный по правам человека в РФ Татьяна Москалькова снова попыталась нас удивить. Хотя, казалось бы, чем ещё может поразить нас милиционер на посту защитника человеческих прав. И тем не менее: Татьяна Николаевна заявила, что российская судебная система стала более совершенной, чем европейская. По ее словам, количество обращений россиян в Европейский суд по правам человека снизилось в четыре раза (по сравнению с чем и за какой период, она правда не пояснила). Европейское правосудие, считает Москалькова, уже не отвечает российским представлениям о справедливости.
Вот это товарищ генерал-майор верно заметила. Генеральским представлениям о справедливости европейское правосудие не отвечает, да и не желает отвечать. Да и факты с товарищем генералом не хотят согласовываться. Количество обращений в ЕСПЧ неуклонно растет. Если в 2015 году Страсбург рассмотрел 6712 жалоб против России, то в 2016-м — 7010. А за неполный 2017-й в суде накопилось уже 7500 соответствующих обращений. Россия остается абсолютным рекордсменом по жалобам в ЕСПЧ — с момента присоединения к Европейский конвенции в 1998 году их подали более 140 тысяч. Ну, как, видимо, считает уполномоченный по правам человека, тем хуже для фактов. Потому что мы все знаем этого человека, чьи права защищает уполномоченный.
Последние новости
25 июля 2017
14:35


Вчера по просьбе уважаемого «Дождя» послушал и прокомментировал дискуссию Владимира Милова и Андрея Мовчана по поводу экономической программы Алексея Навального. А до этого честно нашел и прочитал ее — к счастью, там по сути одна страничка.
Больше всего мне запомнилась Елизавета Осетинская. Ну правда, классно смотрелась! Впрочем я про программу, извините.
Кому лень читать целую страничку — уплотню содержание: победим коррупцию, сократим чиновников, повысим зарплату бюджетникам, обложим разовым налогом олигархов, субсидируем ипотеку, повысим расходы на здравоохранение, введем бесплатное образование, инвестируем в дороги, освободим от регулирования индивидуальных предпринимателей (молю — Только не это! Ларьки, кафешки, дантисты наконец!!! Как без контроля?!), передадим власть на местный уровень.
Мой вопрос был один: если власть и деньги передать на местный уровень (что правильно) — остальное (про зарплаты, здравоохранение, бюрократию, ипотеку…), видимо, там и решать?
У Андрея вопросов было гораздо больше, и они были доброжелательно профессиональными на тему: «как?». Владимир отлично бился, обращаясь в основном не к Андрею, а к аудитории, которая Андрея, как оказалось, не слишком понимала. Вообще, Владимир показал себя прекрасным популистом в хорошем смысле. Впрочем, в конце Владимир честно рассказал — выбирая, писать развернутую программу или одностраничный манифест, они выбрали манифест, поскольку критиковать программу легче, а люди больше странички не прочитают (страничку, впрочем, тоже).
Да и вообще, сказала Елизавета, думать надо про 2024–2030 годы. А к этому времени решать в экономике придется совсем иные вопросы (как, например, собрать дань за ярлык на княжение), добавил пессимистичный я.
11:00
21 июля 2017
12:15
О дебатах Навального и Стрелкова



Если бы не профессиональная необходимость, вчера бы не выдержал этот час с лишним между АН и ИС. Огорчительная предсказуемость: «главная беда — коррупция и мы ее победим, поскольку мы лучше (выше ростом и девочки больше любят)»; «главная беда — разделённость русского народа и пока мы не присоединим Украину, Белоруссию, Казахстан, Прибалтику… Канаду и Китай, будем ссать в подъезде».
Впрочем было полезно увидеть — Путин не дурак, просто не существует одного рецепта на всю Россию. Только сами люди могут построить свою жизнь в своем городе, назначив тех, кого они знают, с кого могут спросить. Надо просто признать, что в Москве, Питере, Казани, Новосибирске граждане будут строить постиндустриальное, европейское общество. В Самаре, Воронеже и Саратове европейское же, но индустриальное, а в Грозном (после посадки в тюрьму бандитской группировки) и Махачкале — просвещенный феодализм. И это нормально.
Страна слишком большая, перепрыгивать через этапы культурного развития не стоит, да и не выйдет. Федеративное устройство, парламентская модель вполне дают возможность договариваться, как сосуществовать столь разным территориальным сообществам на общее благо. А вот вручать свою судьбу новому царю — очередной виток пути в пропасть.
17 июля 2017
12:00


Сегодня печальная дата. Три года, как сбит пассажирский самолет над Донбассом, погибли 298 человек.
Весь мир знает, кто и чем его сбил, названы фамилии 100 сопричастных. И только у нас в России нет виноватых кроме Путина.
Это ведь только самое громкое для мира, но отнюдь не для нашей страны, дело. А остальные?

Кто-то думает, что забыт Беслан? «Норд-Ост»? «Курск»?
Как здорово устроились! Пока он у власти — воруй, пытай, убивай. Ставь на посты, от которых зависят жизни людей, преданных идиотов.

Наверху типа свои пацаны, прикроют (и прикрывают). А когда снесут — так мы ни при чем, это все Путин, мы лишь исполняли его приказы и законы. А еще у нас «висюльки», а под «висюльки» — амнистии, еще и срок давности…
Так вот: не выйдет!

Не идет срок давности, не работают амнистии, когда закон принят или используется с целью, противной праву.

Достаточно доказать, а доказательств хватает, что относительно небольшая группировка (около 100 человек, большинство из которых на самом деле никто не избирал), используя пост президента страны, творит бесчинства и прикрывает их с помощью узурпации законодательной и судебной власти.

Я противник внеперсональных преследований, но это не значит, что я за всепрощение. Скорее наоборот.
Однако вина должна быть доказана и доказана персонально.
Сожгли документы (мы знаем, кто и где их сжигает) — не важно: найдутся те, кто помнит, что он там писал, или те, кому тот, кто писал, рассказал. Дальше пусть решают присяжные — верить или нет, виноват или случайно вышло, наказать по полной или «заслуживают снисхождения»…

Наша общая задача, задача гражданского общества — персонифицировать ответственность и найти доказательства.

Бьет людей на митинге не Путин, не «вся полиция», а конкретный человек с именем и фамилией, живущий по конкретному адресу, имеющий счет в конкретном банке и путешествующий в конкретные страны.

Приказ ему отдает тоже не абстрактный «начальник», не лично Путин, а такой же человек из мяса и костей, как и те, чьи кости по его приказу ломают.

Если нынешнее российское правосудие хочет честно разобраться — отлично. Нет? Ну что же, есть не месть, но возмездие. Его тоже лучше подавать холодным.