29 августа 2017

В ожидании путинской атаки

Может ли Кремль повлиять на немецкие выборы: полный перевод статьи Die Welt с комментарием Михаила Ходорковского
В ожидании путинской атаки
«Warten auf Putins Attacke», Dirk Banse, Jan Lindenau und Uwe Müller

До выборов в Бундестаг еще четыре недели. В органах безопасности нервничают: попробует ли Путин повлиять на выборы? Наблюдатели сходятся в том, что возможности для этого у него есть давно.

Министр, который пишет в электронной почте совсем не то, что говорит публично. Депутат, у которого рыльце в пушку. Какие-то детали, в том числе личного характера, которые не должны попасть в чужие руки. Хакеры — возможно, российского происхождения — неоднократно атаковали Бундестаг, взламывали почтовые аккаунты депутатов. Ситуация таинственная — за четыре недели до выборов в Бундестаг все знают, что агенты Владимира Путина могут обладать чувствительной информацией. Но никто не знает, когда и как они используют этот так называемый компромат, и сделают ли они это вообще.

В органах безопасности нарастает нервозность. Попытается ли Владимир Путин в очередной раз повлиять на исход выборов — так же, как, по оценкам западных секретных служб, он уже делал в США и во Франции? Какие возможности для этого есть у России? Будут ли новые кибератаки, или, может быть, даже намеренный обман общественности? Полная неопределенность.

«Мы исходим из того, что Россия в состоянии начать кампанию по дезинформации в связи с выборами в Бундестаг. Вопрос только в том, вписывается ли это в актуальную повестку дня Кремля», — говорит Die Welt президент Федеральной службы защиты конституции (глава контрразведки Германии. — Ред.) Ханс-Георг Маасен. Возможно, сейчас там не заинтересованы в том, чтобы еще больше осложнить отношения с Германией.

Один человек в Лондоне внимательно отслеживает, что движет российскими властями. В этот летний день Михаил Ходорковский — в конференц-зале, за окном льет дождь. 54-летний Ходорковский уже давно за границей. Его взгляд на автократический режим, по сравнению с тем временем, когда он жил в России, стал более аналитическим.

Как нефтяной магнат он сам был частью системы — до тех пор, пока не поругался с Путиным при включенных телекамерах. Этот конфликт стоил ему десяти лет тюрьмы. После своего освобождения в декабре 2013 года Ходорковский вернулся к прежней идее и дал фонду «Открытая Россия» новую жизнь. Теперь за этим названием стоит мозговой центр, который не в последнюю очередь занимается изучением агрессивной стороны российской внешней политики.

Ходорковский хочет знать, что может натворить Путин. Интерьер переговорной фонда — с деревянными панелями и камином — выдержан в английском стиле. Гостям предлагают несколько сортов чая. Хозяин, напротив, не имеет ничего общего с холодным британским джентльменом. Живой взгляд из-за очков без оправы, свободная джинсовая рубашка, Ходорковский пьет минеральную воду прямо из бутылки.

Его фонд «Открытая Россия» уделяет особое внимание немецко-российским отношениям, и причины тому, возможно, биографические. Ему есть за что благодарить Федеративную республику, говорит Ходорковский. Покойный министр иностранных дел Ганс-Дитрих Геншер в ходе тайных переговоров добился согласия на его освобождение. После выхода из колонии Ходорковский на частном самолете прилетел в Берлин, здесь он провел первые дни на свободе.
Ходорковский живет за границей уже почти четыре года. Несмотря на его опыт, снова и снова его удивляет дерзость, с которой Москва пытается вмешиваться во внутренние дела других стран, говорит он. Особенно во внутренние дела Германии — экономически и политически центральной страны Европейского Союза.

Как раз этому посвящено исследование, заказанное его фондом «Открытая Россия», и результаты подтверждают опасения Ходорковского. Работа живущего в Берлине историка Дмитрия Хмельницкого вскоре выйдет отдельной книгой на русском языке. Речь в ней идет о деятельности, которая вряд ли относится к разделу «классическая агентурная работа».
Автор скорее освещает трудно распознаваемые структуры, которые использует Россия, чтобы ловко распространять собственные взгляды в Германии. Помимо этого, упомянутые в исследовании объединения, фирмы и мероприятия, очевидно, иногда служат для того, чтобы намеренно мутить воду и возбуждать в населении чувство неуверенности. Термин для этого — «дезинформация».

Настоящим чемпионом на этом поле был еще Советский Союз. КГБ — и его клон в ГДР, «Штази» — предпринимали «активные меры». Агенты скрытыми путями поставляли западным редакциям ложные или сфальсифицированные новости, чтобы посеять раздор между политическими партиями, дискредитировать политиков или усилить дружественные соцстранам течения. Сомнительные операции утверждало тогдашнее политбюро. Это была жесткая работа.

Век информационных технологий и социальных сетей предлагает совершенно новые возможности. В исследовании, финансируемом Ходорковским, рассматривается подозрение, что в Германии могут быть размещены «спящие» агенты, то есть люди, которых можно активировать, например, чтобы в кризисных ситуациях они провоцировали беспорядки.

Помимо прочего, автор обнаружил, что многие бывшие сотрудники российской разведки занимают важные должности в местных школах боевых искусств. Поразительно — в немецкоязычных странах как минимум 63 таких школы. Эмблемы некоторых из них удивительно напоминают гербы российских секретных служб. В исследовании тщательно перечисляются имена, адреса и страницы в интернете. 
Вывод Ходорковского: «Я удивлен тем, какие усилия предпринимает Кремль в Германии». К подобным заключениям приходят и германские спецслужбы.
Впервые по-настоящему напугало немецкую общественность «дело Лизы» в январе 2016 года. 13-летняя девочка Лиза из семьи русских немцев, живущая в Берлине, якобы была похищена и изнасилована тремя мигрантами. Для российских государственных СМИ этот случай послужил доказательством провала правительства Меркель в кризисе с беженцами.

Сходным образом должна была подействовать распространявшаяся в соцсетях на русском языке новость, согласно которой мусульманские мужчины в День святого Валентина в 2016 году якобы планировали массовые изнасилования немецких женщин. Речь шла о секс-джихаде. Говорилось о том, что полиция не может защитить женщин.

Ведомство по охране конституции определило это как классическую дезинформацию — так же, как и «дело Лизы», к которому привлек внимание даже российский министр иностранных дел Лавров. Он открыто обвинил германские власти в замалчивании. Вскоре после этого выяснилось, что девочка солгала. Но перед этим Москва своей реакцией вызвала в Германии протесты против Меркель и ее правительства.

«Дело Лизы стало переломным моментом», — говорит эксперт по Восточной Европе Штефан Майстер из Германского общества внешней политики. Тогда канцлер Ангела Меркель дала задание Федеральной разведывательной службе Германии и Ведомству по охране конституции разобраться, стоит ли за кампаниями по дезинформации Кремль. И хотя результаты уже готовы, они держатся в секрете. Майстер не понимает этой скрытности правительства — даже если, согласно докладу, никаких явных улик нет. «Такой доклад должен быть представлен открыто», — говорит он, только тогда можно будет «из собранной информации сделать адекватные выводы».
Ходорковский открыто говорит, что он думает о Кремле, при этом на его лице появляется улыбка. Это улыбка человека, который отлучен от двора и может — и хочет — судить, насколько абсурдна пьеса, которую там представляют. Эту драму он облачает в метафору: Россия подобна организму, в котором завелся паразит, червь. Организм продолжает жить, но теперь его функция — быть полезным червю. «Этот червь — мафиозная система, которую мы называем Кремлем, это около 100 человек. И голова этого червя — конечно, администрация президента».
Эксперты по России из немецких органов безопасности выражаются не столь образно. По их словам, картину мира политической элиты можно описать термином «ретро» — в кремлевской администрации по-прежнему заседают преимущественно люди, которые еще застали Советский Союз. Многие, как и Путин, были сотрудниками спецслужб. Это объясняет, почему Кремль теперь сам координирует дезинформацию и полагается не только на работу спецслужб. Некоторые такие акции полностью отдаются на аутсорс, например, олигархам, которые таким образом хотят доказать свою лояльность властной системе. Один из них — доверенное лицо Путина и бывший президент РЖД Владимир Якунин, ему принадлежат два или три фонда, которые не в последнюю очередь живут на частные пожертвования. В Берлине Якунин основал исследовательский институт под названием «Диалог цивилизаций», который очень дружественно настроен по отношению к России. Один из основателей сказал на открытии этой институции, что ее цель — вести «борьбу за головы». Как выглядит эта борьба, отчетливо показывает биография самого Якунина. У него более чем 20-летний опыт работы в спецслужбах, и он еще в советские времена учился в Высшей школе всемогущего КГБ.

Как заявил глава ведомства по охране конституции Маасен, почти невозможно обнаружить неопровержимые в суде доказательства того, что Россия стоит, к примеру, за кибератаками на Бундестаг. «Но мы считаем это очень вероятным. К тому же шпионская деятельность российских спецслужб в Германии по-прежнему интенсивна». По данным органов безопасности, важную роль в этом играет российское посольство в Берлине. Оттуда по заданию Москвы агенты ведут политическую и экономическую разведку в ФРГ.

Ученого и знатока России Карла Шлегеля меньше интересует, что происходит в Кремле. Его тема — около 3,5-4 миллионов германских граждан с российскими корнями, которые особенно уязвимы для российской пропаганды и дезинформации. Незаметно для общества образовался «показательный параллельный мир», который пока никто не исследовал. Репатрианты и их дети, которых зачастую большинство не воспринимает как настоящих немцев, считают себя представителями истинной Германии. В то же время их лояльность ценностям демократии выражена слабо. Критическая позиция по отношению к Путину встречается редко. «Если кто-то и может массово повлиять на выборы в Бундестаг, то именно эта группа», — говорит Шлегель. Настроение подогревается бывшими сотрудниками спецслужб, у которых хороший нюх на горючее.
В Лондоне, в переговорной фонда Ходорковского, все вертится вокруг вопроса: не случится ли еще что-то накануне выборов в Бундестаг? Ходорковский на пальцах пересчитывает существующие возможности дестабилизировать страну: дезинформация, коррупция, провокации, убийство, терроризм. Как далеко зайдет Кремль в Германии, он предсказать не берется. Он считает, что лучшие дни крупнейшей российской спецслужбы ФСБ с ее примерно 350 000 сотрудниками миновали. Он лично этой организации не боится.
Он больше опасается «червя» — около сотни человек в Кремле, которые почти полностью замкнули на себе контроль над всем бюрократическим аппаратом, включая секретные службы. Какой будет динамика, какие силы там столкнутся, прогнозировать сложно, — как и то, в какой момент эра Путина закончится и что придет вслед за ней.

Что это значит для выборов в Бундестаг? В конце концов ничего не случится? Ходорковский пожимает плечами. Но в одном он все-таки уверен: «Если что-то и произойдет, в этом не будут напрямую обвинять Путина. Снова будут говорить, что это были русские». По Ходорковскому видно, что злит его именно это.
Комментировать (4)
Последние новости