17.10.2014
«Разделить российский и украинский народ можно только искусственно»
13 октября Михаил Ходорковский посетил Библиотеку имени Вацлава Гавела в Праге, где провел беседу с журналистами, студентами и политическими активистами на тему демократии в современной России. В ходе дискуссии он порассуждал о частной собственности, гражданской активности в стране, западных санкциях, подробно коснулся украинского вопроса, проблем экономики Украины и восстановления дружеских связей между россиянами и украинцами, а также поделился своим видением политики Владимира Путина, опирающейся на милитаристский подход внешне и лояльных и коррумпированных чиновников внутренне. «Ходорковский.ру» публикует полную видеозапись и текстовую расшифровку беседы.
Ян Махачек, модератор встречи: Здравствуйте! Я хочу поприветствовать всех собравшихся от лица библиотеки Вацлава Гавела, особенно нашего гостя Михаила Борисовича Ходорковского. Как вы знаете, наша библиотека была создана для того, чтобы сохранить художественное, духовное и политическое наследие Вацлава Гавела. Это новое здание, в котором мы разместились несколько месяцев назад. И мы очень рады, что вы стали одним из первых наших VIP-гостей в этом месте.
Мы искренне рады видеть вас в добром здравии и прекрасном расположении духа после столь длительного тюремного заключения. Гавел неоднократно выражал обеспокоенность вашим заключением и теми методами, которые применял против вас путинский режим. Он написал несколько писем с требованием вашего освобождения.
Сначала хочу задать вам личный вопрос. Мы знаем, что сразу после освобождения вы занялись своей семьей. Но мне интересно, как вы после длительного заключения восприняли все эти новые гаджеты и компьютеры?
Михаил Ходорковский: Спасибо большое. Я очень рад возможности выступить здесь, в библиотеке имени Гавела, и я очень благодарен за приглашение и за то внимание, которые вы оказываете мне этой встречей.
Отвечая на вопрос о гаджетах, не буду заниматься рекламой — рекламой, я имею в виду, продукции. Я с компьютерами впервые столкнулся в 1980-м году, когда поступил в институт. Потом на протяжении долгих лет наша компания, как мне казалось, была на передовых рубежах развития всей этой техники. У нас было то, чего не было ни у кого. Теперь представляете, я выхожу из тюрьмы — у всех есть, у меня нет.
Я где-то читал, что вы якобы любите анонимно ездить на общественном транспорте в Швейцарии, это правда?
Вы знаете, что интересно в Швейцарии — если написано, что поезд прибывает в 12 минут, то ровно в 12 минут и откроются двери. Я не знаю, к слову, Чехия до этого дошла? В общем, когда у вас будет также, я уверен, вы тоже все оставите свои машины и будете ездить на публичном транспорте. Те, кто не использует это еще сегодня.
Давайте перейдем к более серьезным темам. Я подготовил несколько вопросов, а затем, поскольку очень многие хотят вас о чем-нибудь спросить, сразу перейдем к вопросам от аудитории. Поскольку темой нашей дискуссии заявлена демократия в России, хочу заметить, что очень важной частью демократической системы и базисом функционирования рыночной экономики является частная собственность. Вы и ваша компания стали жертвами национализации. Ваши активы были украдены. Некоторые люди считают, что в русской традиции, даже на уровне языка и речевых оборотов, укорено пренебрежение к частной собственности. Согласны ли вы с этим?
Я полагаю, что действительно на протяжении нескольких последних веков многие россияне отвыкли от понятия частной собственности. Мне было очень обидно слышать, когда председатель нашего Конституционного суда сказал, что крепостное право было одной из духовных скреп России. Я очень надеюсь, что это были ошибочно интерпретированные журналистами слова, потому что если у председателя конституционного суда действительно такое мнение, то дальше уже некуда двигаться. Но это проблема не только крепостного права. Мы в свое время изучали этот вопрос и увидели, что в России практически нет семей, где квартира или собственное жилье перешли в третье поколение. Причина этому не только внутренняя, но и внешняя. Это и несколько войн, которые вела Россия. И Гражданская война. И если мы посмотрим в предыдущие века — там тоже войны и войны, без передышки. Поэтому такая ситуация с частной собственностью — это наша беда, а не наша вина.
Ваши слова перекликаются с нынешней ситуацией — с домашним арестом господина Евтушенкова и новой волной отъема активов у олигархов. Как вы думаете, как сейчас будут строиться отношения власти с олигархами?
Мне было всегда очень интересно, как и российское, и западное общественные мнения легко восприняли миф, специально запущенный в свое время господином Березовским о всевластии олигархов. Мы в России все знаем, что он был таким человеком, который любил поднимать собственную значимость. Но меня всегда удивляло, как на это купилось и российское, и западное общество. В ельцинские времена у крупнейших предпринимателей никогда не было и тени государственной власти. То есть в экономических вопросах наш голос был слышен, но когда речь заходила о политике — нет. И вот теперь, когда появились реальные олигархи, которые реальным образом решают свои проблемы с помощью прямого участия государственных структур, используя напрямую государственные фонды, как свои собственные, используя государственную собственность как свою собственную, даже не покупая ее — у вас нет другого слова, чтобы обозначить их, потому что, то слово — реальное слово — вы уже истратили. Сегодня Путина окружают его друзья, реальные олигархи. Он их никогда не сдает. Все остальные предприниматели в стране — к числу которых, к слову, относится и господин Евтушенков, являются лишь отложенной мишенью. Никто не торопится, но когда есть возможность — происходит захват. Сегодня мы действительно можем сказать, что люди собственность не имеют, она у них временно находится.
Мы все помним фразу Ленина о том, что капиталисты сами продадут нам веревку, на которой мы их повесим. Сегодня в России коммунистов во власти уже нет. Как вы считаете, какую роль сыграл иностранный капитал в возвышении Путина?
Я бы, конечно, не стал переоценивать значение западного капитала в том, что Путин удерживается у власти. Но, несомненно, можно сказать, что коррупция является одним из инструментов сегодняшней внешней политики нынешнего режима России. И мы знаем механизмы, по которым деньги перетекают из российского бюджета в карманы тех людей, которые поддерживают режим Путина здесь, на Западе. Мы, конечно, не способны это доказать суду. Но очень многие россияне, как и я, уверены, что здесь на Западе это известно лучше, чем нам. И если с этим ничего не делается, то это значит, что это считается приемлемым. Мы считаем, что это ошибка, потому что такая коррупция очень опасна. В свое время, в 2003 году, у нас был разговор с президентом Путиным по поводу коррупции, запись этого нашего разговора есть в интернете, и после этого разговора началось мое судебное преследование. После чего стало ясно, что коррупция является одним из становых хребтов, ну или, может быть, даже главным становым хребтом нынешнего режима. «Я вам даю возможность красть, вы за это мне лично преданы». Сейчас эта схема постепенно проецируется сюда, в Европу. И обратите на это внимание!
Сейчас из России происходит огромный отток капитала. Богатые люди, не только олигархи, вывозят свои сбережения за границу. Что Путин может сделать, чтобы остановить это?
Я думаю, что пока происходящее его не очень беспокоит, если говорить в общем. Но его, конечно, беспокоит двойная лояльность, которая возникает у его окружения. Поэтому он предпочитает знать, у кого что есть за границей и ничего не делать до того момента, пока у него не возникнут сомнения в лояльности. У него эта схема в голове, она логичная и понятная. Мы с ней можем быть несогласны, но она понятная. Мне непонятно, почему с другой стороны границы схема такая же. «Мы знаем, но мы ничего не делаем».
В своей речи на Форуме в Праге вы выразили серьезное сомнение по поводу европейских санкции в адрес России. Вы считаете их неизбежными, но опасаетесь, что их результат может сильно отличаться от задуманного. Но многие из нас здесь, в Европейском Союзе, действительно верят, что санкции частично работают, особенно те, которые точно направлены на конкретных людей из ближнего круга Путина. Можете ли вы пояснить нам, какие санкции вы считаете опасными для простых россиян и обычных предпринимателей и какие санкции считаете продуктивными?
Смотрите, для того, чтобы вести сегодня бизнес в России нормальному предпринимателю, он должен быть невкусной целью. Для того, чтобы это сделать, обычный предприниматель тоже пытается вывести все свои свободные деньги за пределы России, а оттуда получить кредиты. Потому что это для него защита. Потому что если у него есть свободные деньги, то он становится слишком вкусной целью. Значит, невозможно предпринимать сплошные, то есть не выборочные, атаки на людей и капитал. Потому что эти люди, на самом деле, являются опорой и возможностью наладить в будущем с Россией нормальные отношения. Это те люди, которые на самом деле сделали для себя европейский выбор. И точно также, если мы говорим про молодых людей, которые хотят поехать на Запад учиться или даже работать, это те люди, которые потом вернутся назад в Россию и опять же привезут с собой европейские ценности и желание взаимодействовать с Европой. Почему они вернутся в Россию? Потому что, уж извините, в России больше возможностей заработать. Так вот, как при этом отделить одних от других – тех, кто прячет деньги, украденные из бюджета, от тех, кто защищается таких образом? Слушайте, для этого у вас существует законодательство, оно прекрасно действует, когда ваши власти этого хотят. У вас есть прекрасное антикоррупционное законодательство, прекрасное антиотмывочное законодательство. Его просто надо применять, не нужны дополнительные санкции, нужно просто исполнять то, что записано в законе. И результат будет лучшим, потому что помимо удара по таким капиталам, таким людям, вы еще и объясните остальным россиянам, что речь идет не о независимой российской внешней политике, а речь идет о конкретных людях.
В Праге и в своих предыдущих выступлениях вы также заметили, что глубокий экономический кризис в России, возможно, частично вызванный санкциями, может привести к повторению 1917 года. Мы все помним «Аврору» и прочее. Но что конкретно вы имели в виду?
В условиях экономического кризиса, как правило, на улицу выходят наиболее социально ущемленные слои общества. В России таких людей не так мало, и традиции еще совсем не забыты. Плюс национал-шовинизм. Что будет в результате? Худший сценарий — это конфликт между российскими регионами. Лучший сценарий — приход к власти кого-нибудь, кто будет таким же, как Путин. В результате такого рода событий, которые были в 1917 году, конституционное правовое государство установить крайне маловероятно.
Мой следующий вопрос касается гражданской активности в России. Мы знаем, что правительство Путина запрещает НКО, финансирующиеся из-за рубежа. Но есть ли потенциал у НКО, которые бы финансировались локально? И каковы ваши планы по поддержке гражданского общества в России?
Сегодня российское гражданское общество и российская гражданская активность находятся на гораздо более высоком уровне, чем десять или двадцать лет назад. Очень развилось волонтерское движение. Социальные сети достаточно активно работают. Люди выходят на митинги, такие как «Марш мира». Это с одной стороны. С другой стороны, политическая активность очень сильно снизилась. Во-первых, потому что это опасно. Во-вторых, видно, что это бесполезно. Хотя на самом деле я уверен, что это не бесполезно, но у людей создали такое ощущение. Поэтому задача, которую мы ставим перед собой — это создание связей между отдельными структурами гражданского общества. Для тех проектов, в которых заинтересовано общество, проблем с деньгами не существует. Проблема существует с теми структурами, против которых начинает воевать государство. А государство начинает воевать с теми структурами, которые, по его мнению, представляют для него опасность. В частности, поэтому оппозиционные политические партии в России не могут развиться: им дают создаться, и тут же останавливают. Есть ли решение у этой проблемы? Есть такое решение. Похожий вариант применяется в американской политической системе — когда политические партии существуют в значительной степени как инструмент мобилизации на этапе выборов. Или для решения конкретной общественной задачи. Вот ровно такую же систему мы пытаемся создать в России на базе моей организации. Взаимодействие и совместные действия только тогда, когда это необходимо.
В современной системе уголовного судопроизводства России очень много странных вещей. Гособвинители носят униформу, обвиняемые сидят в клетках, судьи получают приказы сверху, и все об этом знают. Верят ли люди, что это когда-нибудь изменится, что у вас появится независимая и цивилизованная судебная власть?
Люди очень хотят, чтобы суды были реально независимыми. Люди очень хотят, чтобы закон применялся одинаково ко всем. Люди на самом деле хотят того, что называется концепцией правового государства. Люди не понимают, как этого добиться. Люди считают, что они не могут на это повлиять. Хотя на самом деле мы с вами понимаем, что всё это зависит от людей – если они захотят, это будет. Я именно так и планирую работать – то есть помогать людям понять, что они могут решать свои проблемы, если они этого захотят.
Вы верите, что Россия и Украина должны вместе двигаться по направлению к Западу. Гавел всегда ратовал за то, чтобы Россия была открытой демократической страной, но считал, что у нее немного другая культура. Украина находится где-то посередине, и украинцы вправе сами выбирать, куда они идти – на Запад или на Восток. Они должны это решить как независимая нация, не допуская, что они являются предметом чьих-либо интересов. Не наивно ли полагать, что Россия и Украина пойдут на Запад рука об руку?
Я считаю, что другого варианта просто нет. И Украина, и Россия — это часть Европы. Разделить Россию и Украину, российский и украинский народ можно было только искусственно, и это сейчас проделано. К сожалению, это сделано усилиями нашего собственного правительства. Украину и Россию связывают не миллионы, а десятки миллионов семейных связей. Я не знаю, найдете ли вы хотя бы одну русскую семью в центральной России или хотя бы одну украинскую семью в центральной или восточной Украине, где у людей не было бы родственников с другой стороны. Если не в первом поколении, то во втором, не во втором — так в третьем, но обязательно есть. И разделить невозможно! То есть, неправильно говорю — разделить можно, но это по живому резать. Надо ли это делать? Поскольку сегодня мы видим: в Европе исчезают границы. Понятно, что сегодня, когда в Украине более или менее демократический режим, а российский политический режим все больше склоняется к диктатуре, возможностей для совместного движения в Европу нет. Но я надеюсь, такое не будет продолжаться вечно. Если бы Украине удалось сейчас пройти свой путь в Европу, то российское общество было бы гораздо более склонным повторить этот путь. К сожалению, Западная Европа сейчас близка к тому, чтобы оттолкнуть Украину. Ну посмотрите, вы же не говорите, что Украина будет в объединенной Европе в какое-то конкретное время. Понятно, что это будет тяжело для Европы — с экономической точки зрения. Но надо понимать, что черная дыра в Европе на месте такой страны как Украина будет стоить гораздо дороже. Если при этом учесть, что и российское общество в этом случае будет набирать дистанцию от Европы, цена может быть огромной.
Думаю, вы вряд ли раскроете нам свою бизнес-стратегию, но все-таки есть решение международного арбитража, который обязал российское правительство выплатить компенсацию акционерам ЮКОСа, включая вас. Надеетесь ли вы получить полную компенсацию?
Я не являюсь частью этого гаагского процесса. Я передал свою долю своим партнерам в конце 2004 года, когда уже находился в тюрьме. Они со мной рассчитались. И я на сегодняшний день являюсь в этом процессе только болельщиком.
Спасибо. Теперь я хотел бы обратиться к аудитории. Пожалуйста задавайте ваши вопросы.
(вопрос из зала) Как вы сказали, вы допускаете, что Путин будет смещен со своего поста. Какие силовые блоки сейчас существуют в Кремле? Будет ли он смещен таким же человеком, как он сам? Кто и что может вызвать смену власти?
Я думаю, что в окружении Путина достаточно людей, которые хотели бы прийти на его место. Но Путин лучше нас представляет, что первое, что сделает любой из этих людей, придя к власти, это уберет Путина. Был ли другой вариант для Путина? Был, но в 2011 году он кончился. Является ли сегодняшнее положение Путина неустойчивым? Нет, не является. Потому что силовые структуры, которые только и могут в России сейчас решить этот вопрос, достаточно хорошо обеспечены.
(вопрос из зала) Многие люди во всем мире задаются вопросом, что в голове у Владимира Путина. Вы демонстрируете нам, что кое-что знаете и понимаете, видите некую логику его действий. Первый вопрос: не думаете ли вы, что Путин может использовать молчание и слабость Обамы и всего Запада, чтобы послать «зеленых человечков» в Эстонию, Литву или Латвию и захватить какую-то часть Прибалтики. И второй вопрос: компания Росатом заинтересована в строительстве двух атомных реакторов в Чехии. Не должно ли гражданское общество Чехии надавить на правительство, чтобы то отказало Росатому?
Я не думаю, что сегодня Путин настроен рисковать и проверять, насколько прочно установлена эта красная линия. Я подозреваю, что она установлена все-таки достаточно твердо. Во всяком случае, насколько мне показалось во время моих разговоров в Америке, там люди прекрасно понимают, что НАТО не может поступиться внутренними обязательствами перед странами. В то же время логика развития событий в России говорит о том, что в будущем Путину может опять потребоваться какая-нибудь «маленькая победоносная война». Логика подсказывает, что ему обязательно потребуется внешний враг. Он может об этом сегодня не думать, но история это доказывает — так бывает всегда. И об этом надо помнить. То, что касается взаимоотношений чешского гражданского общества с чешским правительством, я думаю, вы разберетесь лучше без меня.
(вопрос из зала) Вы говорите, что Россия и Украина должны вместе двигаться на Запад. Но не думаете ли вы, что уже слишком поздно? Каким сейчас вообще может быть решение украинского кризиса?
Сегодня нет хорошего решения, в этом я с вами согласен. На мой взгляд, лучшим решением была бы помощь Украине в укреплении ее экономики. Это не только помощь экономическая. Речь идет и о том, чтобы помочь Украине решить те ее проблемы, которые подрывают ее собственную экономику, и в первую очередь речь идет о коррупции. Я думаю, что санкции против украинских коррумпированных чиновников были бы не менее полезны, чем аналогичные действия против российских коррумпированных чиновников. Это действительно важно, потому что если Украине удастся справиться со своими экономическими трудностями… А, во-первых, к слову, это трудности связанные с энергетикой… то ситуация в российском обществе тоже будет меняться. Запад сейчас может закрыть глаза и сказать, что «в конце концов это дело Украины, и у нас свои экономические проблемы». Я абсолютно уверен, что решение европейских экономических проблем возможно через помощь Украине. Потому что главная проблема сегодня, на мой взгляд, в Европе — это потеря большой цели. Это может быть не так важно для людей среднего поколения, но для молодежи важно иметь цель. И помощь Украине, интеграция Украины, может стать такой целью. Большая работа, но это достойная цель!
(вопрос из зала) Вы сказали про лояльность. Могли бы вы пояснить, как она работает внутри Кремля? Как представить себе 300 самых могущественных и влиятельных людей вокруг Путина, лояльных ему? И есть ли вероятность того, что Путин слышит только то, что хочет слышать? Подпускает ли он к себе людей, которые несогласны с ним? Отличается ли чем-то русская лояльность от других?
К сожалению, эволюция всех авторитарных режимов проходит по одному пути. Сначала еще есть люди, которые могут сказать что-то против. Потом таких людей становится меньше, и их слышат меньше. Сегодня, по моему мнению, Путин слушает советы только тех людей, которых он лично считает экспертами по отдельным вопросам. А он считает, что ему нужны эксперты в области экономики, но не в области политики. Да и в области экономики он экспертов слушает все меньше. Недаром господин Греф — один из наиболее умных людей в сегодняшней российской политической элите — был вынужден публично высказывать свою позицию. Он, естественно, является экспертом в области экономики. Но он проговаривал свою позицию публично исключительно по той причине, я полагаю, что не смог достучаться до президента иным путем.
(вопрос из зала) Я хочу сказать, что вы мой герой. Я считаю, что вы один из самых невероятных людей в новейшей истории России, и я хочу поблагодарить вас за все, что вы сделали для России. Но мой вопрос таков… не знаю, можно ли спросить, но… Какие у вас сейчас отношения с Владимиром Путиным?
Сначала сказать что-нибудь хорошее, чтобы потом задать такой вопрос… Спасибо (смеется). Я скажу так: я думаю, что мы с Владимиром Путиным по-прежнему друг другом недовольны.
(вопрос из зала) Прежде всего, хочу выразить вам свое уважение. Я смотрел фильм с вашим участием, и теперь у меня ощущение, что я общаюсь не с бывшим олигархом, а с кинозвездой. Тем не менее… Я хотел бы не согласиться с вашим мнением о том, что Россия и Украина это фактически одна и та же страна. Вы заметили, что многие семьи в России и Украине имеют родственные связи. Я как раз ребенок из такой семьи. Я вырос в Украине и считаю себя украинцем. Мой отец из России, мать из Украины, но вся наша семья украинская, а не русская. Но мой вопрос о другом. Я не могу поверить, что Путин мог в одиночку устроить вторжение и аннексировать Крым. Считаете ли вы, что весь русский народ поддерживает его действия?
Спасибо. Я был в Харькове и Донбассе, и я встречался там с многими людьми. И эти люди говорили, что до событий в Крыму они не могли бы сказать о себе как о русских или как о украинцах. После событий в Крыму это разделение произошло. Кто-то твердо счел себя русским, а кто-то так же твердо счел себя украинцем. Мне даже там сказали люди, что надо бы Путину поставить памятник как основателю украинской нации. Я сказал: «погодите». Я не считаю, что это очень хорошо. Потому что моя семья имеет и русские, и украинские корни. И я не знаю, как это поделить внутри себя. У меня родственники живут в Украине. Мои родственники живут в России. Я не знаю, как это делить.
Вопрос о Крыме – очень тяжелый. Для россиян Крым имеет некое сакральное значение. За Крым было пролито много крови. Если вы меня спросите, как у людей в голове делится та кровь, которую пролил за Крым русский народ, и та кровь, которую в тех же войнах за Крым пролил украинский народ, я не могу вам объяснить, как это у людей в голове делится. Тем более что в те годы разделение было сугубо условным. Этот вопрос предстоит решать, и на это уйдут десятилетия. Сейчас у меня ответа на этот вопрос нет.
(вопрос из зала) Первый вопрос: если вам не нравятся западные санкции, то что еще делать Западу, кроме того, как пассивно наблюдать, как мистер Путин устраивает войны для поднятия своего рейтинга в условиях спада экономики? И второй вопрос. Вацлав Гавел был очень озабочен качеством институтов власти в Чехословакии, а затем Чешской республике. Будет ли новый президент России, если он окажется достаточно либеральным, способен разрушить все существующие структуры, чтобы положить конец этой насквозь коррумпированной системе?
Пока я слушал второй вопрос, забыл первый. Это уже конец дня, извините. Я наверное за последний месяц раз двадцать высказал свою позицию по данному вопросу, но я не устану повторять еще раз. Во-первых, нужны не санкции, а моральный выбор — не иметь дела с теми людьми, которые ведут себя неподобающим образом. Вы скажете, что на практике это почти одно и то же. Но, во-первых, это все-таки не одно и то же. А, во-вторых, важно, как вы людям объясняете то, что вы делаете, а не только то, что вы делаете. Вторая позиция, что Запад мог бы делать — это помочь Украине восстановить ее экономику.
Насчет второго вопроса ответ достаточно простой. Первое и главное – регулярная сменяемость власти. Все остальное к этому прилагается.
(вопрос из зала) У меня, Михаил Борисович, такой очень простой вопрос: кому принадлежит Крым?
У простого вопроса нет простого ответа.
(вопрос из зала) Я хотел бы поговорить с вами о бизнесе. Я знаю, что ваш сын Павел недавно основал бизнес в США. Хочу спросить у вас о российском IT-рынке. Сейчас многие специалисты в этой области уезжают из России, что я считаю большой проблемой. Что вы думаете по этому поводу?
Я не очень понимаю, каким образом человек, специализирующийся на таком интернациональном рынке, как рынок информационный, может говорить об утечке мозгов.
(реплика из зала) Это верно, но сейчас в России нет инвестиций совершенно. То есть последние инвесторы из России уходят. Венчурные фонды, которые раньше работали за счет привлечения внешнего капитала, тоже сейчас перестали.
Если вы говорите о локации компаний — неважно, информационных или каких-то других — на территории Российской Федерации, или, точнее будет сказать в приложении к тому предмету, о котором мы говорим, в юрисдикции Российской Федерации, то проблема действительно существует. И эта проблема не только в отсутствии инвестиций — деньги в России есть, на самом деле. Но нет желания их вкладывать в объекты, находящиеся под юрисдикцией России. Это проблема юрисдикции, проблема отсутствия независимых судов, проблема отсутствия гарантий частной собственности, и так далее. Но это не проблема утечки мозгов, потому что человек, который живет на территории России, но работает на компанию, находящуюся, я не знаю, в американской юрисдикции — это утечка мозгов или нет? Или наоборот: если человек, живущий в Соединенных штатах, работает на компанию, находящуюся в юрисдикции России — я имею в виду, гражданин России, живущий в Нью-Йорке, но работает на компанию, находящуюся в юрисдикции России – это утечка мозгов или нет? Поэтому в моем представлении перемещение сейчас людей по всему миру, открытые границы — это плюс, а не минус. Это возможность взаимодействия, общения и передачи опыта. А вот неконкурентное состояние российской юрисдикции — вот это проблема, я с вами здесь абсолютно согласен.
(вопрос из зала) Несколько лет назад Путин сказал, что надеется в ближайшем будущем создать свободную экономическую зону от Лиссабона до Владивостока. Можем ли мы надеяться на такую торговую зону между ЕС и Россией после событий в Украине?
Мне очень трудно представить, чтобы в нынешней ситуации какая-то свободная экономическая зона в России стала привлекательной в представлении любого разумного предпринимателя или инвестора. Я надеюсь, что это изменится в ближайшем будущем, и мы все-таки будем единой и экономической, и гуманитарной, и культурной территорией.
Спасибо большое, Михаил Борисович, за то, что вы посетили нашу библиотеку и уделили нам свое время.
Жительницу Вязьмы оштрафовали за фото фуражки Гитлера
«Жительницу Вязьмы оштрафовали за фото фуражки Гитлера, выставленной в музее храма Минобороны». По итогам прокурорской проверки хвалебных слов Соловьева о Гитлере, видимо, оштрафуют всех зрителей «России-1».
31.03.2021
Песков о Навальном
Песков о Навальном: «Выгодно ли было власти терпеть гражданина, который, имея два условных срока, ходил на свободе?» Свобода Навального зависит от того, «выгодна» она власти или «невыгодна». Они даже не делают вид, что его отправка в тюрьму имеет хоть какое-то отношение закону.
Проклятые 90е?
Нет, могучий спецназ имени Путина отштурмовал частный дом с ОДНИМ 60 летним мужиком. Много часов, гранатометы, сожженный дом.. Победа.. Зато с безоружными здорово получается.. Вот и думайте..
Учебник по истории России под редакцией Мединского одобрен
«Минпросвещения одобрило выпуск учебника по истории России под редакцией Мединского». Интересно, как там он определил русский народ? Даунами — видимо в учебнике биологии…
30.03.2021
Пенсионерка осуждена на 12 лет за шпионаж
«Пенсионерка из Крыма осуждена на 12 лет за шпионаж в пользу Украины». Пенсионер, захвативший Крым, достраивающий 21 дачу, теперь в Геленджике, остается на свободе.
«Бомба накануне выборов»
«РАН засекретила доклад о загрязнении городов в Сибири, посчитав его «бомбой накануне выборов». Зачем людям знать, каким воздухом они дышат и какую воду пьют, когда у них есть поправки в Конституцию, гарантирующие охрану окружающей среды.
Памфилова снова глава ЦИК
Памфилова снова глава ЦИК. — Что такое оскорбление доверием?– Это когда мафия не сомневается в твоих способностях не подвести в 21-м и 24-м. Может все же ну их к черту, Элла Александровна?
29.03.2021
В ООН осудили действия силовиков в Мьянме
В ООН осудили действия силовиков в Мьянме. Массовые убийства мирных жителей вызвали возмущение западных стран. Россия и Китай промолчали. Военные и полиция стреляют в детей… Как Кремлю осудить то, что года через 3 легко может стать сообщениями ТАСС с российских улиц?!
У Ивана Жданова арестовали отца
У Ивана Жданова (ФБК) арестовали отца по очередному абсолютно надуманному делу. Каждый раз думаешь — ну днище же! И каждый раз Путин его пробивает… #свободуполитзаключённым
Есть ещё честные менты
Начальник полиции Брянской области: «Коррупция — это важная составляющая нашей работы… это зло, которым мы занимаемся совместно с прокуратурой, Следственным комитетом и ФСБ». А кто-то считает, что в России нет честных ментов.
27.03.2021